В мозге нашли пластика в 7–30 раз больше, чем в печени и почках

Микро- и нанопластик — частицы полимеров размером от 500 микрометров до 1 нанометра. Их в окружающей среде за последние полвека стало экспоненциально больше. Частицы уже находили в лёгких, кишечнике, плаценте и в бляшках на стенках сонных артерий. Но сколько пластика оседает в разных органах человека, толком никто не мерил.

Команда Мэттью Кампена из Университета Нью-Мексико взяла образцы печени, почек и мозга умерших людей. Материал — из архива судмедэкспертизы штата за 2016 и 2024 годы, по 20–28 человек на каждый год. Мозг брали всегда из одного места — лобной коры. Статью опубликовали в Nature Medicine в 2025 году.

Метод называется пиролизная газовая хроматография с масс-спектрометрией. Ткань растворяют щёлочью, оставшиеся твёрдые частицы сжигают и по составу дыма определяют, какой это полимер и сколько его. Раньше частицы чаще искали под микроскопом, а так видно только то, что крупнее 5 микрометров. Самые мелкие нанопластики выпадали из подсчёта.

В печени и почках 2024 года медиана вышла 433 и 404 микрограмма на грамм ткани. Это больше, чем находили раньше в плаценте и семенниках. А в мозге — 4917 мкг/г. Примерно столько же находили в бляшках сонных артерий в исследовании 2024 года.

В мозге оказался другой состав. Всего авторы искали 12 полимеров, и в мозге в среднем 75% массы пришлось на полиэтилен — тот, из которого делают пакеты, плёнку и бутылки для бытовой химии. В печени и почках его доля заметно меньше.

Под электронным микроскопом частицы из мозга выглядят как осколки и хлопья длиной в основном 100–200 нанометров и шириной меньше 40 нм. Крупных включений больше микрометра в мозге не нашли — только мельчайшие. Как именно они туда попадают, неизвестно. Авторы предполагают, что частицы могут проникать в организм вместе с жирами из еды и с ними же избирательно доходить до мозга.

Возраст, пол, раса и причина смерти на количество пластика не влияли. Связи с возрастом не нашлось вообще, то есть пластик не копится просто с годами жизни. А вот год смерти влиял. В мозге медиана выросла с 3345 мкг/г в 2016-м до 4917 мкг/г в 2024-м. В печени тоже стало больше.

Чтобы заглянуть дальше в прошлое, взяли ещё 28 образцов мозга из банков тканей на Восточном побережье США — Университета Дьюка, Гарварда и Мэрилендского университета, 1997–2013 годы. Там медиана — 1254 мкг/г. Авторы оговариваются, что дело может быть и в географии, но общий тренд по годам получился статистически значимым.

Отдельно проверили 12 случаев деменции 2019–2024 годов: шесть с болезнью Альцгеймера, три с сосудистой деменцией и три с другими формами. Медиана пластика в них — 26 076 мкг/г, больше, чем в любой группе без деменции. Под микроскопом частицы скапливались вдоль стенок сосудов и рядом с иммунными клетками.

Причинности авторы здесь не видят. При деменции мозг усыхает, гематоэнцефалический барьер слабеет, а очистка ткани работает хуже — всё это само по себе должно повышать концентрацию частиц. Так что пластик может быть следствием болезни, а не причиной.

Метод новый и пока не стандартизирован для клинических анализов. В двух лабораториях — в Нью-Мексико и Оклахоме, где независимо перепроверили пять образцов, — разброс внутри одного образца около 25%. От каждого человека брали только один кусочек органа, а в мозге не разделяли серое и белое вещество. Жиры могут мешать измерению полиэтилена, и после растворения в образцах мозга остаётся больше неизвестной органики: щёлочь убирает 99,4% массы печени и почек, но только 91,8% мозга. При этом окисленный пластик и самые мелкие частицы, наоборот, могли недосчитать.

Вывод авторов: данные показывают связь, а не причину. Чтобы понять, влияет ли пластик на работу мозга, нужны отточенные методы и гораздо большие выборки.